«Кодекс Данте» (2025): как Джулиан Шнабель смешал «Божественную комедию» с гангстерским кино

18+

Постер новинки от Netflix обещает звездный криминальный триллер: Оскар Айзек, Аль Пачино,  Джон Малкович, Галь Гадот и Джейсон Момоа в центре борьбы за рукопись «Божественной комедии». Если включить «Кодекс Данте» (фильм 2026) с таким ожиданием, то разочарование наступит раньше, чем герой Джерарда Батлера начнет палить из пушки. Увидев рейтинг 5.3, редакция насторожилась, но навешивать преждевременные ярлыки — не наш стиль. 

Читайте рецензию на «Кодекс Данте», чтобы разобраться, по каким правилам устроена эта визуальная головоломка и чем прокатная версия отличается от режиссерской. Мы поможем решить, подойдет ли этот фильм именно вам. В конце статьи есть блок со спойлерами — для тех, кто уже смотрел фильм и ждет объяснения концовки. 

Нью-йоркский писатель Ник Тошес много лет изучает Данте Алигьери. Мафиозный босс привлекает его как знатока поэта, чтобы установить подлинность рукописи, которую считают авторским экземпляром «Божественной комедии». Подтверждение превратит находку в литературную сенсацию стоимостью в миллионы, поэтому рукопись привлекает ученых, торговцев и преступников. Напарником Ника становится разговорчивый киллер Луи, способный перейти от рассуждений об искусстве к насилию без заметной паузы.

Параллельно фильм переносится в XIV век и показывает самого Данте. Изгнанный из Флоренции поэт работает над «Божественной комедией», размышляет о вере и пытается понять, что способно провести человека через личный ад. Поначалу линии развиваются отдельно: в одной герои борются за рукопись, в другой создается произведение, которое спустя семь столетий стало предметом этой борьбы.

Вы слышали про автофикшн — современный жанр в литературе, где автор делает себя главным героем? Так вот, в основе фильма «Кодекс Данте» лежит именно такой роман. Американский писатель Ник Тошес сделал литературную версию самого себя героем криминальной фантазии, а режиссер Джулиан Шнабель сохранил эту игру с биографией. Поэтому «Кодекс Данте» постоянно меняет правила: то обещает триллер о краже бесценного манускрипта, то превращается в фильм о создании искусства, то задерживается в романтическом или религиозном видении. 

Интересный факт. Роман «Рукою Данте» Ник Тошес написал без разделения на части и главы. Узнав про это, редакция еще больше восхитилась смелостью режиссера экранизировать такой тяжеловесный и неструктурированный материал. 

Разработка тянулась почти два десятилетия: ещё в 2008 году права на экранизацию выкупила компания Джонни Деппа, и актер долго оставался возможным исполнителем главной роли. Проект окончательно собрался лишь в 2023-м, когда главную роль отдали Оскару Айзеку — после совместной работы со Шнабелем над фильмом «Ван Гог. На пороге вечности» (18+).

В российский прокат вышла сокращенная (104 минуты против 153-х в оригинале) и цветная версия фильма. В ней нет затянутых лирических отступлений и жестоких сцена насилия, а завязка сразу переходит к делу. Увы, вместе с вырезанными сценами потерялась и часть авторского замысла, поэтому редакция отдает предпочтение режиссерскому оригиналу в чёрно-белой нуарной стилистике. Эта версию вы тоже сможете оценить, но уже в ноябре.

За камерой «Кодекса Данте» — знаменитый оператор Роман Васьянов, который снимал фильмы «Стиляги» и «Отряд самоубийц». В режиссерской версии современная история снята в широком черно-белом кадре: контрастный свет, темные кабинеты и внезапные вспышки насилия отсылают к нуару и гангстерскому кино. Средневековая линия переходит к цвету и более тесному формату кадра. Море, камень, ткань и лица здесь выглядят как части ожившей картины, а движение камеры подчиняется не погоне, а состоянию героя.

Такое разделение создает главный визуальный парадокс фильма. Привычно ожидать, что прошлое будет блеклым воспоминанием, но у Шнабеля цвет принадлежит Данте. Современность Ника кажется миром, из которого выкачали жизнь: рукопись становится товаром, а знание служит преступной сделке. Средневековье выглядит ярче, потому что искусство еще только рождается.

Джулиан Шнабель доводит живописный принцип до буквальных цитат. В одном из видений Галь Гадот появляется на морской раковине как Венера из картины Боттичелли. В другой сцене Данте поднимается по каменным ступеням над морем. Эти образы показывают, как герой ищет язык будущей поэмы: мысль сначала возникает как свет, вода, камень и человеческая фигура, а уже затем превращается в текст.

Криминальные эпизоды двигаются рывками: договоренность быстро сменяется дорогой, разговор насилием, а черный юмор новой угрозой. История Данте замедляется ради пейзажа, молитвы или молчаливого взгляда. Переходы должны сближать двух героев, но временами воспринимаются как переключение между разными фильмами. Один предлагает жестокую комедию о мафиози, которые обсуждают цену искусства, другой требует настроиться на торжественную притчу.

Музыка Бенжамена Клементина смягчает этот разрыв. Фортепиано, оркестровые темы и церковные интонации возвращают обе линии к общему состоянию тревожного поиска. Композитор, кстати, появляется в кадре: он сыграл загадочного пианиста Мефистофеля, роль которого проясняется ближе к финалу.

Рукопись нужна героям по разным причинам. Мафия оценивает ее в миллионы, ученые видят возможность сделать открытие, а Ник хочет прикоснуться к человеку, умершему семь веков назад. Данте продолжает жить в поэме, поэтому искусство действительно побеждает смерть хотя бы в памяти читателей.

Данте подарил Беатриче бессмертие в стихах и превратил ее в идеал, но почти перестал замечать живую Джемму. Великое произведение переживает автора, но не оправдывает его слепоту к человеку рядом.

Наставник Данте Исайя, которого играет Мартин Скорсезе, предлагает искать Бога внутри человека, в знании и способности творить. Современный Ник не верит в Бога, который вмешивается в события и исправляет последствия поступков. Ориентиром для него остается любовь. Поэтому разговор о Боге здесь строится не вокруг чудес, а вокруг того, как человек любит и что оставляет после себя.

Джон Малкович играет мафиозного босса Джо Блэка, а Джерард Батлер — киллера-социопата Луи, который становится напарником Ника Тошеса во время охоты за рукописью. Аль Пачино исполнил роль дяди Кармине, который появляется только в самом начале фильма. Джейсон Момоа появился в неожиданном образе: где бы вы еще увидели этого богатыря в белоснежном костюме и широкополой шляпе? Про героев Оскара Айзека и Галь Гадот поговорим в разделе со спойлерами, потому что там все не так просто.

На 28 августа рейтинг фильма на «Кинопоиске» — 5.3/10. Для картины с таким актерским составом и фестивальной премьерой оценка выглядит скромно, но она точно передает главный конфликт восприятия: одни зрители принимают избыточность за смелость, другие видят в ней плохо собранное повествование.

Чтобы коротко сформулировать причину недовольства большинства зрителей, приведем пример. Представьте, вам предложили сыграть в игру, где нужно одновременно играть в солдатиков и читать книги: вы бы пришли в замешательство, не так ли? «Кодекс Данте» поочередно предлагает то созерцать искусство и размышлять об устройстве бытия, то показывает героя Батлера, который машет пушкой направо и налево. Зрителю приходится каждый раз заново привыкать к темпу, интонации и даже способу восприятия. Вместо нарастающего напряжения возникает череда сильных фрагментов с неравной связью между ними.

Слишком много идей конкурирует за внимание зрителя. Рукопись выступает и святыней, и товаром, и доказательством бессмертия автора. Путешествие Ника напоминает спуск по кругам ада. Любовь должна связать земное и божественное. Насилие спорит с красотой, а биография писателя превращается в притчу о втором шансе. Каждая линия могла бы стать основой отдельного фильма. Вместе они создают мощные образы, но мешают главному конфликту получить необходимый вес.

Черно-белый Нью-Йорк и цветное Средневековье образуют ясную визуальную систему, а Айзек с Батлером задают современным сценам нужное напряжение. Между этими опорами фильм предлагает зрителю самому заполнить смысловые промежутки. Для любителей свободной интерпретации это приглашение к разговору. Для тех, кто ждет завершенной криминальной интриги, те же промежутки будут выглядеть драматургическими провалами.

Первая сцена, когда Ник и Лефти беседовали в кафе, напомнила нам «Кофе и сигареты» (18+), а с появлением черно-белых кадров итальянских улочек возникла ассоциация с сериалом «Рипли» (рекомендуем для фотографов и эстетов!).

Фильм вероятнее понравится зрителям медленного авторского кино, поклонникам «Рипли», живописи и Италии, а также тем, кто ищет фильмы про Средневековье и картины, которые хочется разбирать после просмотра. Тем, кто ищет фильм про Данте Алигьери или фильмы про «Божественную комедию», важно знать: Джулиан Шнабель не экранизирует путешествие Данте по загробному миру, а показывает, как могла родиться поэма и что осталось от ее автора спустя семь веков. Читать книгу заранее необязательно.

«Кодекс Данте» мы рекомендуем тем, кто любит фильмы о художниках, спокойно относится к медленным сценам и готов самостоятельно соединять символы. Знакомство с Данте не обязательно, хотя знание «Божественной комедии» сделает рифмы между двумя путешествиями понятнее.

Следующие разделы раскрывают главную связь между героями, судьбу рукописи и устройство финала. Если вы еще не смотрели фильм, остановитесь здесь.

Джулиан Шнабель прямо объясняет, что три героя вернулись в новых жизнях. Ник стал новым воплощением Данте, а Джульетта стала новым воплощением Джеммы. В режиссерской версии также Луи стал новым воплощением папы Бонифация VIII.

Повторяющиеся лица ведут к главной идее фильма: Нику достается возможность исправить ошибку Данте. Поэт создал бессмертный образ Беатриче, но почти не заметил жену Джемму. В XXI веке Ник снова ставит искусство выше живой женщины, только теперь его захватывает рукопись.

В режиссерской версии есть еще одна важная сцена, которую вырезали из прокатной. В финале появляется исследовательница рукописи Сюзанна и называет себя Беатриче, хотя фильм не подтверждает ее реинкарнацию. Ник пользуется одержимостью ученой, чтобы вырваться из ловушки, и в решающий момент возвращается к Джульетте. Впервые он выбирает живого человека, а не идеал.

Манускрипт обещает каждому свою форму бессмертия. Данте остается в поэме, ученые хотят связать свое имя с открытием, преступники оценивают реликвию в миллионы, а Ник узнает в тексте собственную прежнюю жизнь.

В финале Ник продает 113 страниц и оставляет начало «Ада», конец «Рая» и страницу на границе пергаментной и бумажной частей. Эти три страницы можно прочитать как карту его пути от падения к спасению и перехода из одной жизни в другую. Большую часть рукописи герой все же превращает в деньги, и фильм не решает за зрителя, перечеркивает ли это его внутреннюю перемену.

Сцены после ранения Джульетты можно понять двумя способами. В земной версии она выживает, а герои оставляют прежнюю жизнь и скрываются у моря.

В мистической версии Ник и Джульетта уже находятся между смертью и новым воплощением, а Мефистофель становится их проводником. Море и намек на ребенка могут обозначать следующее рождение. Зрителю предстоит самостоятельно выбрать, в какую версию верить. Не забудьте добавить в плейлист песню Ника Кейва и группы The Bad Seeds — Into My Arms, которая звучит в финальных титрах.