Фильм «Мастер» (2012): сложно понять и невозможно забыть

18+

В 2012 году на Венецианском кинофестивале показали фильм «Мастер» Пола Томаса Андерсона. Критики поспешили назвать его одной из самых значимых работ года, но реакция зрителей оказалась совсем другой. Это не помешало ленте стать культовой — в том числе благодаря актерским работам Хоакина Феникса и Филипа Сеймура Хоффмана. О чем «Мастер» на самом деле, почему он до сих пор вызывает споры и какие смыслы можно в нем найти?

События в фильме «Мастер» разворачиваются в 1950-х, в Америке, только что оправившейся от Второй мировой войны. Для многих вернувшихся солдат адаптация к мирной жизни оказалась куда сложнее, чем ожидалось. Их мучало посттравматическое стрессовое расстройство (хотя этот термин тогда еще не был в ходу), которое проявлялось во вспышках агрессии, алкоголизме и неспособности встроиться в повседневность.

Хоакин Феникс в фильме «Мастер» играет именно такого человека. Его Фредди Куэлл — моряк, переживший войну и выброшенный из привычного ритма жизни. Он не может работать, не может строить отношения, и единственным способом заглушить внутреннюю боль для него становится самодельный алкоголь.

На фоне этого в США бурно развиваются новые религиозные движения и квазинаучные философии, которые обещают людям простые ответы на самые сложные вопросы. На стыке этих явлений и рождается сюжет «Мастера».

Фильм знакомит нас с Фредди в момент его полного отчаяния. Он скитается по стране, теряет работу за работой, ссорится с людьми и ищет хоть какое-то место, где его примут. Совершенно случайно он оказывается на борту яхты, принадлежащей Ланкастеру Додду (Филип Сеймур Хоффман). Додд — харизматичный основатель движения под названием «Истоки», в котором сочетаются элементы религии, философии и психотерапии. Для своих последователей он не просто наставник, а Учитель, Мастер, человек, указывающий путь.

Фредди становится его учеником и одновременно подопытным. Между героями возникает странная связь: с одной стороны, это отношения гуру и адепта, с другой — созависимая дружба. Додд видит во Фредди пример «исцеленного» ученика, а Фредди впервые за долгое время получает ощущение принадлежности к чему-то большему. Но чем дальше, тем очевиднее, что эта связь может разрушить обоих.

За десять с лишним лет фильм «Мастер» отзывы собрал самые разные — от восторженных рецензий до возмущений непонятным сюжетом. Но многие зрители отмечали: впечатление от просмотра не отпускает еще долго.

История Фредди Куэлла оставляет чувство тревоги и дискомфорта. Герой потерян, надломлен, и даже его тело само по себе кажется искалеченным войной и алкоголем. Следить за его мучениями тяжело — и именно в этом проявляется талант Хоакина Феникса. Его походка, сгорбленная спина, нервные жесты, странные улыбки и внезапные вспышки ярости создают такой убедительный образ Фредди, что его внутренняя боль чувствуется на физическом уровне. 

Филип Сеймур Хоффман, в свою очередь, играет Додда как человека с невероятной харизмой, чья сила заключается не в правоте, а в умении убеждать. Он говорит уверенно, красиво, с таким обаянием, что порой хочется поверить его речам. Но за этой импозантностью кроется манипулятор, умеющий ловко подстраивать реальность под свои нужды. Совместные сцены Фредди и Додда превращаются в напряженный поединок, в котором не сразу понятно соотношение сил. Эта дуэль двух актеров — Феникса и Хоффмана — одна из главных причин, по которой стоит смотреть фильм «Мастер».

На Венецианском кинофестивале фильм произвел настоящий фурор. Хоакин Феникс и Филип Сеймур Хоффман разделили приз за лучшую мужскую роль, а сам Пол Томас Андерсон получил «Серебряного льва» за режиссуру. Критики в США писали, что «Мастер» — новый «Гражданин Кейн» (12+) и, возможно, самая сильная работа режиссера. Особенно отмечали игру двух главных актеров. Эми Адамс, сыгравшая жену Додда Пегги, получила не меньше комплиментов за образ женщины, стоящей за кулисами власти.

Однако прокат оказался сложнее. Зрители обходили фильм стороной: то ли сочли его слишком тяжелым, то ли слишком непонятным. Тем не менее со временем «Мастер» приобрел статус культового кино, в том числе благодаря множеству интерпретаций.

В основе истории Фредди лежит простое, почти детское желание — найти семью и тепло. Его тянет к алкоголю, хаосу и разрушению, но фильм не раз показывает, что за всем этим стоит тоска по дому, которого у него никогда толком не было.

Еще на первых кадрах мы видим, как Фредди делает из песка фигуру женщины. Сначала он ведет себя грубо и странно, но позже он ложится рядом, словно ребенок, который просто хочет прижаться к кому-то и почувствовать тепло. Андерсон подчеркивает этот мотив с помощью деталей. Когда Фредди работает фотографом в универмаге, он снимает улыбающихся людей — мужей, жен, детей. Но сам при этом остается в стороне, наблюдая за чужим семейный счастьем сквозь камеру — он может его зафиксировать, но не способен создать свое. Эта дистанция между ним и «нормальной» жизнью заметна на протяжении всего фильма.

Именно поэтому встреча с Доддом и его окружением кажется Фредди шансом. В лице «Учителя» он видит отца, который готов принять его и указать путь. В жене Додда угадываются материнские черты — забота в сочетании со строгим контролем. Само движение «Истоки» похоже на большую семью, где есть правила, обряды и общая вера. Человека потерянного и одинокого это, вероятно, притягивает. Но здесь же кроется трагедия: влечение Фредди к Додду и его последователям оказывается созависимостью, которая не лечит, а разрушает. Его доверие используется как эксперимент, его боль становится материалом для чужой идеологии.

Это может объяснить воспоминание Фредди о Дорис — девушке, которую главный герой когда-то любил и оставил. Она становится символом того самого «дома», к которому он уже никогда не вернется. И когда Додд предлагает ему переместиться в прошлые жизни через свои практики, это звучит как обещание вернуть то, что давно утрачено.

Финальные сцены еще раз подчеркивают эту тему. Фредди пытается встроиться в мир Додда и Пегги, но неизбежно остается лишним. Он может быть учеником, другом, подопечным — но никогда не станет частью их семьи. Его мечта так и остается недосягаемой, как та песчаная скульптура женщины: тепло и близость, кажется, есть, но все это рассыпается при малейшем прикосновении. Возможно, смысл фильма «Мастер» кроется в истории человека, который ищет семью и место в жизни, но всякий раз оказывается отвергнут.

Официально создатели «Мастера» отрицали, что фильм связан с саентологией, но зрители и критики быстро провели параллели. И неудивительно: Ланкастер Додд напоминает Лафайета Рона Хаббарда — писателя-фантаста, который в начале 1950-х придумал собственное учение. Саентология строится на идее, что человек — это вечное духовное существо, живущее множество жизней. Вокруг этого религиозного учения до сих пор бушуют споры: кто-то считает его опасным культом, кто-то — путем к внутреннему освобождению.

В фильме же мы видим, как формируется движение Додда. Оно еще не приобрело ту структуру, которую мы привыкли ассоциировать с религиями, а напоминает, скорее, полузакрытый клуб.

В одной из сцен ученица задает Додду уточняющий вопрос о его новой книге. Она замечает, что формулировка в ней отличается от прежних. Казалось бы, мелочь, но герой Хоффмана реагирует резко и раздражается. Этот эпизод показывает, как работает любая система, построенная на харизме лидера: важна не логика идей, а лояльность. Сначала верные последователи готовы защищать учение, даже не до конца понимая его. Потом они начинают биться за него вслепую — потому что принадлежность к группе становится важнее, чем сама правда. Фредди как раз вписывается в эту модель: он не понимает доктрины, но готов сражаться за нее. Ему важнее быть «своим» и иметь хозяина, чем разбираться в сути.

Поэтому в фильме можно заметить и политическую подоплеку. Ведь подобная динамика работает не только в религиозных культах. В политике нередко происходит то же самое: сторонники защищают лидеров и партии, даже если не верят в их программы. «Мастер» будто намекает: так общество после Второй мировой войны, уставшее от хаоса, искало новые точки опоры.

Есть и другой ответ на вопрос о том, про что фильм «Мастер». Некоторые критики и зрители увидели в нем высказывание об актерской игре. Пол Томас Андерсон будто сталкивает два разных стиля актерства, и из этого рождается напряжение.

С одной стороны, Фредди Куэлл, состоящий из нервов и судорог. Хоакин Феникс здесь играет с помощью тела, он будто сломан изнутри: походка, сжатые кулаки, скривленные гримасы. Это традиция актеров середины XX века — Марлона Брандо, Джеймса Дина, Монтгомери Клифта. Они делали игру максимально телесной, превращали внутренние переживания в жесты и движения. Феникс здесь, возможно, наследует их метод.

С другой стороны — Филип Сеймур Хоффман. Его Додд держится спокойно, даже монументально. Он говорит размеренно, с уверенностью, которая сама по себе гипнотизирует. Его стиль ближе к старой актерской школе, где главное — контроль, умение управлять эмоциями. Некоторые критики сравнивали его с Орсоном Уэллсом.

Андерсон сталкивает эти два подхода. В итоге фильм работает не только как драма о культе, но и как своеобразный театр в кино. Взять хотя бы сцены «терапии», где Додд задает Фредди бесконечные вопросы, а тот должен отвечать, не моргая. Это одновременно и гипнотическая практика, и актерское упражнение.

Некоторые критики видят в этом метафору американского общества того времени в целом. Феникс — это новое поколение, дикое, ищущее, страдающее, ломающее старые формы. Хоффман — поколение старшее, которое держится за порядок и статус-кво. Их противостояние можно воспринимать как отражение того, как страна пыталась найти себя после войны.

«Мастер» — фильм, который можно трактовать по-разному: как историю о культаx, как исследование актерской игры или как личную драму. У каждой версии есть своя логика, и ни одна не отменяет другую. Поэтому лучший способ понять картину — пересматривать ее снова и снова, находя собственные ответы.